Гибридная война и мировая политика

1.Специфика  современной ситуации в мире

Профессор, доктор политических наук Панарин Игорь Николаевич
Профессор, доктор политических наук
Панарин Игорь Николаевич

Состоявшийся 5 июня 2018 г.  первый после  триумфальной победы В.Путина на президентских выборах, визит в Австрию прошел успешно, развив позитивную майскую внешнеполитическую тенденцию (визиты А.Меркель, Макрона и Э.Макрона, С.Абэ). В какой то мере переговоры в Вене явились завершающим ударом прорыва информационно-дипломатической блокады, создаваемой вокруг России в 2018 году  главным историческим врагом России  — Лондоном.

Вместе с тем, успокаиваться рано. Сегодня есть все основания говорить о радикальном курсе Лондона — Третьего Карфагена — на обострение геополитической и геоэкономической  ситуации в мире в целом и создания вокруг России Пояса Нестабильности. Следствием этого стала возросшая опасность распространения нестабильности  и на территорию России, прежде всего с помощью технологий Гибридной войны (дезинформация, терроризм и т.д.).  Существует и опасность  втягивания России  в новую Большую войну, в связи с ситуацией в Сирии, Афганистане и на Украине.  Вместе с тем, выступление с Посланием Федеральному Собранию Президента России В.Путина 1 марта 2018 года, в ходе которого он рассказал о новейших военных технологиях России (гиперзвуковая ракета и т.д.),  является мощным блокиратором на пути Сил Мирового Зла,  стремящихся развязать Третью Мировую войну. Приведем несколько ключевых цитат из выступления В.Путина:

1.Большую озабоченность вызывают и некоторые положения обновлённого обзора ядерной стратегии США, в котором расширяются возможности снижения и снижается порог применения ядерного оружия. И кулуарно можно кого угодно и как угодно успокаивать, но мы читаем то, что написано. А написано так, что она может быть пущена в ход в ответ на удары обычными вооружениями или даже на киберугрозу.  Отмечу, в нашей военной доктрине Россия оставляет за собой право использовать ядерное оружие только в ответ на применение против неё или её союзников ядерных и других видов оружия массового поражения или в случае агрессии против нас с применением обычного вооружения, когда под угрозу поставлено само существование государства. Всё очень чётко, ясно, конкретно. В этой связи считаю своим долгом заявить следующее. Любое применение ядерного оружия против России или её союзников малой, средней, да какой угодно мощности мы будем рассматривать как ядерное нападение на нашу страну. Ответ будет мгновенным и со всеми вытекающими последствиями.  Ни у кого на этот счёт не должно быть никаких сомнений.

2.«Не нужно создавать для мира новых угроз, а нужно, наоборот, садиться за стол переговоров и вместе думать над обновлённой, перспективной системой международной безопасности и устойчивого развития цивилизации. Мы всегда вам об этом говорили. Все эти предложения остаются в силе, Россия к этому готова».

3.«Наша политика никогда не будет основываться на претензиях на исключительность, мы защищаем свои интересы и уважаем интересы других стран, руководствуемся международным правом, считаем незыблемой ключевую роль ООН».

В настоящее время  в мире  складывается обстановка, сравнимая с самыми серьезными кризисами международных отношений после 1945 года. Масштабная высылка российских дипломатов в марте 2018 года, осуществленная в результате комплексной британской антироссийской операции Гибридной войны является  индикатором формирования глобальной антироссийской коалиции, организованной  главным историческим врагом России — Великобританией. При этом риск кризисного обострения обстановки может не только быстро, но и внезапно превысить пороговые значения.  Этот мой тезис подтверждается реальными событиями весны 2018 года. 4 марта началась британская  информационная антироссийская наступательная операция с якобы отравлением предателя Скрипаля.  Затем 7 апреля  британская разведка МИ-6  с помощью своего  спецподразделения «Белые Каски» организовала новую провокацию  — якобы  «химическая атаку» в сирийской Думе (Восточная Гута), которая  была постановочной съёмкой. Уже  9 апреля  Израиль нанес удар по авиабазе Сирии. А 14 апреля была осуществлена  военная агрессия  НАТО против Сирии. Хотел бы  обратить внимание на тот факт, что уже через 40 дней после начала британской антироссийской  операции Гибридной войны был нанесен реальный военный удар  НАТО по Сирии.

Изменение общего характера  геополитического противостояния  в 21 веке  представляется настолько очевидным, что особо и  не требует доказательств.  Важнейшей составляющей антироссийской стратегии сдерживания, одобренной на саммите НАТО в Варшаве (2016 г.), является гибридная война, которая  системно ведется против России с целью ее ослабления и развала.

Гибридная война – совокупность методов военно-силового, политико-дипломатического, финансово-экономического, информационно-психологического и информационно-технического давления, а также технологий цветных революций, терроризма и экстремизма, мероприятий спецслужб, формирований сил специального назначения, сил специальных операций и структур публичной дипломатии, осуществляемых по единому плану органами управления государства, военно-политического блока или ТНК.

Важно понимать, что ядром, сердцевиной Гибридной войны является Информационная война.

Цели гибридной войны – полная или частичная дезинтеграция государства, качественное изменение его внутри- или внешнеполитического курса, замена государственного руководства на лояльные режимы, установление над страной внешнего идеологического и финансово-экономического контроля, ее хаотизация и подчинение диктату со стороны других государств или ТНК. 

Таким образом,  России важно учитывать тенденцию стирания различий между состоянием войны и мира. Все более широко применяются невоенные информационно-идеологические методы воздействия с использованием протестного потенциала населения. И акции протеста после пожара в торговом центре Кузбасса  это наглядно продемонстрировали. Эти средства борьбы дополняются военными мерами скрытого характера, в том числе информационным противоборством и действиями сил специальных операций.

2.Операция британской разведки МИ-6  «СКРИПАЛЬ»: Информационное оружие опаснее  ядерного

Совершенно верный  анализ британским козням дала 13 марта 2018 года вице-спикер Госдумы Ирина Яровая, комментируя обвинения России в причастности к отравлению С.Скрипаля :»Сегодня гораздо более опасное оружие — не ядерное, не какое-то другое, а информационное. И то, что в отношении России запущена такая машина информационной атаки, это говорит о том, что фактически речь идет об оружии массового поражения« (телеканал «Россия»).

Приведем  небольшую хронологию событий.

Отравление С.Скрипаля—инцидент, произошедший 4 марта 2018 г. в г. Солсбери (Великобритания) с предателем  и его 33-летней дочерью Юлией, гражданкой России, приехавшей из Москвы навестить отца.

14 марта 2018 г. Тереза Мэй официально обвинила Россию в попытке убийства Скрипаля и его дочери. Мэй объявила, что в ответ на отравление будут приостановлены двусторонние контакты с Россией на высоком уровне и что из Великобритании будут высланы 23 российских дипломата

15 марта лидеры США, Великобритании, Франции и Германии выступили с совместным заявлением, в котором осудили отравление Скрипаля и его дочери и обвинили Москву в организации химической атаки. В заявлении атака была названа «посягательством на суверенитет Великобритании» и «явным нарушением  Конвенции по химическому оружию и международного права».

16 марта Следственный комитет России возбудил уголовное дело по статье 105.2 пункт «е» УК РФ (покушение на убийство, совершенном общеопасным способом) в связи с фактом покушения на убийство гражданки Российской Федерации Юлии Скрипаль

21 марта  — брифинг для иностранных послов по ситуации со Скрипалем – великолепно вел  директор департамента МИД России Владимир Ермаков.

3 апреля  — глава британской лаборатории «Портон-Даун» Г.Эйткенхэд заявил, что не может подтвердить, что нервно-паралитический газ, которым был отравлен С.Скрипаль и его дочь, произведен в России. Как он заключил, в лаборатории не определили его происхождение, но предоставили научную информацию британскому правительству, которое затем использовало ряд других источников, чтобы сделать выводы.

4 апреля – глава СВР С.Нарышкин на МСИС-2018 заявил о провокации британских спецслужб (посол России  в Великобритании А.Яковенко сказал об этом 2 апреля).

Подведем некоторые итоги. Как показал ход стратегической наступательной информационной операции британской разведки МИ-6 (якобы отравление предателя Скрипаля), текущий механизм противодействия информационным операциям Великобритании и Запада  в целом, со стороны российских государственных  структур  малопродуктивен и бессистемен, так как реальное реагирование началось лишь уже после сколачивания антироссийской коалиции. Помимо оперативного реагирования на нарастающие акции гибридной войны, ведущейся против России, властям России важно осознать , что ограничиваться лишь оборонительной позицией малоперспективно. Необходимо предпринимать не только упреждающие меры и контрмеры, но и активно осуществлять продуманные системные действия наступательного характера.

3. О работе на упреждение и опережение

Способность упреждать и опережать становится определяющим преимуществом в ходе усиливающейся Гибридной Мировой Войны

Нельзя сказать, что у руководства нашей страны нет понимания, что это важная сфера. Частично эта информационная работа проводится, но против нас ведется системная многолетняя работа, которая требует системного стратегического ответа, которого пока нет.

Любопытны в этом контексте результаты экспертного опроса, проведенного мною в марте 2018 года.

На Ваш взгляд, какова эффективность российской системы информационного противоборства   (в баллах от 1 до 10)    

  • А) в ходе операции по уничтожению ИГИЛ в Сирии = 8 баллов
  • Б) в ходе так называемого «хакерского скандала» на президентских выборах в США — 3,5 балла
  • С) в ходе допинг-скандала с российскими олимпийцами = 3 балла
  • Д) в ходе скандала с арестом российской  дипломатической собственности в США- 2,5 балла
  • Е) в ходе скандала с якобы отравлением предателя Скрипаля в британском Солсбери .- 3,5 балла

Основная проблема России  – отсутствие организационных механизмов, координационных структур. Для эффективного ведения информационного противоборства, с моей точки зрения, необходимо создать государственную систему министерств  и  ведомств, задействованных в алгоритме проведения информационных операций (оборонительных и наступательных).

Нужен также Государственный Совет по информационному противоборству при президенте России, в регионах – при полпредах президента, у главы государства должен появиться соответствующий советник.

 Система информационного противоборства России может быть сформирована в таком виде:

Ключевые звенья (Предложения):

  1. Государственный Совет по Информационному противоборству (ГСИП), включающий представителей Администрации Президента России, Правительства России, Аппарата Совета Безопасности, заинтересованных министерств и ведомств, структур публичной дипломатии, медиасообщества, бизнеса, политических партий, НПО.
  2. Советник Президента России по вопросам Информационного противоборства – ответственный Секретарь ГСИП. Советник должен координировать деятельность ФБСК, информационно-аналитических подразделений госструктур и их взаимодействие с Войсками Информационных операций Минобороны России а также Центрами Информационных операций ФСБ, ФСО и СВР России.
  3. Федеральное Бюро Стратегических коммуникаций (ФБСК).
  4. Войска Информационных операций Минобороны России.
  5. Центры Информационных операций ФСБ, ФСО и СВР России

Федеральное Бюро Стратегических коммуникаций  (ФБСК) – ответ на информационную агрессию Запада против России.

  • Главное управление информационных операций (ГУИО).
  • Главное управление региональных центров (Предполагается создание Семи региональных центров: С-Петербург, Калининград, Севастополь, Владикавказ, Ростов-на-Дону, Екатеринбург,  Владивосток).
  • Главное координационное управление (представители силовых структур и МИДа).
  • Главное управление социальных сетей.
  • Главное информационное управление (взаимодействие со СМИ).
  • Объединенный Пресс-Центр.
  • Тренинговый Центр.
  • Управление делами.

ФБСК  создаст  Систему предупреждения об Информационном нападении (СПИН). СПИН  — специальная комплексная система для Раннего обнаружения Информационных Операций Запада,  запуска оборонительных информационных операций, и передачи в Оперативно-аналитический центр ГУИО информации, на основе которой будет фиксироваться факт информационного нападения на Россию с применением  информационного оружия  и приниматься оперативное решение об ответных действиях Информационного спецназа России. СПИН будет состоять из трех  эшелонов — региональные центры,  Оперативно-аналитический центр ГУИО  и   группировка  стратегических наступательных информационных операций (Инфоспецназ России).

Предлагаемые мною концептуальные предложения не являются истиной в последней инстанции. Скорее они предназначены для начала широкого экспертного диалога по этой очень важной для безопасности нашего Отечества проблеме. После    августа 2008 года России удалось совершить колоссальный качественный рывок вперед в трех военных сферах – Авиации, флота и спецназа. Пора фундаментально  заняться самой проблемной сферой, где наши успехи минимальны – сферой ведения Информационного противоборства.

Федеральное Бюро Стратегических коммуникаций – ответ на информационную агрессию Запада против России

Сегодня, 19 апреля 2018 года — важный день. Исполняется 75 лет со дня создания легендарного органа государственной безопасности СССР, военной контрразведки «Смерш», самой эффективной спецслужбы времен Великой Отечественной войны, внесшей неоценимый вклад в Великую Победу над фашизмом! Именно в этот день я и хотел бы предложить патриотичному и пытливому российскому читателю свой проект реагирования на все усиливающуюся информационную агрессию Запада против России.

Уже очевидно, что интенсивность и скорость внешнего информационного нападения на Россию со стороны Запада будет только увеличиваться. Об этом я уже много раз писал в своих статьях в 2018 году. Об этом свидетельствует и комплекс стратегических наступательных информационных операций британской разведки МИ-6 (якобы отравление предателя Скрипаля и провокация структурного подразделения МИ-6 «Белые каски» в Сирии), подхваченный в других странах Запада. Поэтому и надо что-то делать для создания эффективной системы информационного противодействия и информационного наступления России, то есть реализовать мою концепцию Информационно-встречного удара, разработанную мной еще в 1997 году.

Помимо реагирования, столь характерного для существующей российской системы ответа на нарастающие наступательные информационные операции Запада, важно координировать и активизировать работу в информационном пространстве. Необходимо разработать и активно осуществлять продуманные системные действия наступательного характера.

России необходим Информационно-аналитический спецназ – специальная федеральная структура, отвечающая за данный вид деятельности и подчиняющийся Президенту России.

По моему мнению, оптимальное название новой структуры – Федеральное Бюро Стратегических коммуникаций (ФБСК).

ФБСК – это мой личный проект структуры, штатной численностью 700 человек, отвечающий за создание Системы предупреждения об Информационном нападении и Системы проведения активных наступательных информационных операций.

  1. Главное управление информационных операций (ГУИО).
  2. Главное управление региональных центров (Предполагается создание Семи региональных центров: С-Петербург, Калининград, Севастополь, Владикавказ, Ростов-на-Дону, Екатеринбург, Владивосток).
  3. Главное координационное управление (представители силовых структур и МИДа).
  4. Главное управление социальных сетей.
  5. Главное информационное управление (взаимодействие со СМИ).
  6. Объединенный Пресс-Центр.
  7. Тренинговый Центр.
  8. Управление делами.

Важнейшей задачей ФБСК будет создание Системы предупреждения об Информационном нападении (СПИН).

СПИН — специальная комплексная система для Раннего обнаружения Информационных Операций Запада, запуска оборонительных информационных операций, и передачи в Оперативно-аналитический центр ГУИО информации, на основе которой будет фиксироваться факт информационного нападения на Россию с применением информационного оружия и приниматься оперативное решение об ответных действиях Информационного спецназа России. СПИН будет состоять из трех эшелонов — региональные центры, Оперативно-аналитический центр ГУИО и группировка стратегических наступательных информационных операций (Инфоспецназ России).

Агрессия НАТО против Сирии и Гибридная война

Прежде всего,  хотелось бы обратить внимание на то, что перед началом военной агрессии НАТО было проведено три стратегических информационных операции (две операции провела Великобритания, одну – Израиль 8 апреля). Фактически активная фаза подготовительного этапа военной агрессии началась 4  марта 2018 года, с виртуального отравления предателя Скрипаля, затем британцы продолжили ее провокацией в Восточной Гуте.

1. Тестовый характер: Военная агрессия НАТО против Сирии

© AP Photo / Hassan Ammar

Система противовоздушной обороны Сирии, оснащенная зенитными ракетными комплексами (ЗРК) советского и российского производства, смогла перехватить большую часть крылатых ракет морского (КРМБ) и воздушного базирования (КРВБ), примененных силами США, Великобритании и Франции в ночь на 14 апреля 2018 года. Об этом сообщил сегодня на брифинге начальник Главного оперативного управления Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Сергей Рудской.

По данным российского военного ведомства, в атаке на Сирию были задействованы стратегические бомбардировщики В-1B Lancer, многоцелевые истребители F-15 и F-16 ВВС США, а также истребители Tornado  Королевских ВВС Великобритании из  акватории Средиземного моря. Кроме того, удары наносились с эсминца с управляемым ракетным оружием (УРО) типа Arleigh Burke DDG-58, Laboon и крейсера УРО типа Ticonderoga CG-61, Monterey из акватории Красного моря.

Сирийский Генштаб сообщил о том, при налете НАТО пострадало три человека… То есть,  по сути состоялся тестовый режим и для НАТО и для России потенциального прямого военного столкновения в ближайшем будущем… Сейчас с двух сторон идет анализ информационных операций и действий старых советских комплексов ПВО — сколько они смогли перехватить крылатых ракет и что смогли сделать наши силы РЭБ. Наш Генштаб уже заявил, что сбита 71 крылатая ракета из 103 запущенных. В зависимости от результата анализа поражения целей на территории Сирии второй удар НАТО кораблями из Средиземного моря (около 140 крылатых ракет на двух эсминцах КУК и Портер) в ближайшие дни будет либо нанесен, либо нет.

2.Специфика  современной ситуации  после военного нападения на Сирию 14 апреля 2018 года

Сегодня есть все основания говорить о радикальном обострении геополитической и геоэкономической  ситуации в мире после того, как США, Великобритания и Франция нанесли военные удары по территории Сирии.

Существенно возросла угроза   втягивания России  в новую Большую войну, в связи с ситуацией в Сирии, не исключена в апреле и эскалация вооруженного конфликта на Украине. Вместе с тем, выступление с Посланием Федеральному Собранию Президента России В.Путина 1 марта 2018 года, в ходе которого он рассказал о новейших военных технологиях России (гиперзвуковая ракета и т.д.),  является мощным блокиратором на пути Сил Мирового Зла,  стремящихся развязать Третью Мировую войну. Эта  статья рассказывает о роли гибридной войны в ситуации вокруг Сирии. Накал внешнего информационного нападения на Россию со стороны Запада будет увеличиваться. Об  этом я много раз писал в своих книгах и статьях последние годы. Об этом же свидетельствует и комплекс  стратегических наступательных информационных  операций британской разведки МИ-6 (якобы отравление предателя Скрипаля и провокация структурного подразделения МИ-6 «Белые каски»  в Сирии). Поэтому и надо  формировать  и усиливать способы противодействия. В статье высказаны концептуальные подходы создания эффективной  системы информационного противоборства России

В настоящее время  в мире  складывается обстановка, сравнимая с самыми серьезными кризисами международных отношений после 1945 года. Масштабная высылка российских дипломатов в марте 2018 года является  индикатором формирования глобальной антироссийской коалиции, организованной  главным историческим врагом России — Великобританией. При этом риск кризисного обострения обстановки может не только быстро, но и внезапно превысить пороговые значения. Так от начала Информационной операции с предателем Скрипалем до военного удара НАТО по Сирии – всего 40 дней.

Изменение общего характера  геополитического противостояния в 21 веке представляется настолько очевидным, что не требует доказательств.  Важнейшей составляющей антироссийской стратегии является гибридная война, которая системно ведется против России с целью ее ослабления и дальнейшего развала.

Гибридная война – совокупность методов военно-силового, политико-дипломатического, финансово-экономического, информационно-психологического и информационно-технического давления, а также технологий цветных революций, терроризма и экстремизма, мероприятий спецслужб, формирований сил специального назначения, сил специальных операций и структур публичной дипломатии, осуществляемых по единому плану органами управления государства, военно-политического блока или ТНК.

Важно понимать, что ядром, сердцевиной Гибридной войны является Информационная война.

Таким образом,  важно учитывать тенденцию стирания различий между состоянием войны и мира. Все более широко применяются невоенные информационно-идеологические методы воздействия с использованием протестного потенциала населения. И акции протеста после пожара в торговом центре Кузбасса  это наглядно продемонстрировали. Эти средства борьбы дополняются военными мерами скрытого характера, в том числе информационным противоборством и действиями сил специальных операций.

Помимо реагирования на нарастающие акции гибридной войны, ведущейся против России,  властям и крупным корпорациям России важно активизировать работу  в информационном пространстве. Ограничиваться лишь оборонительной позицией малоперспективно. Необходимо предпринимать не только упреждающие меры и контрмеры, но и активно осуществлять продуманные системные действия наступательного характера. Как показал ход стратегической наступательной информационной операции британской разведки МИ-6 (якобы отравление предателя Скрипаля), текущий механизм противодействия информационным операциям Великобритании и Запада  в целом, со стороны российских государственных  структур  постоянно запаздывает и бессистемен.  В качестве примера можно привести ситуацию я якобы отравлением С.Скрипаля—инцидент, произошедший 4 марта 2018 г. в г. Солсбери (Великобритания) с предателем  и его 33-летней дочерью Юлией, гражданкой России, приехавшей из Москвы навестить отца.

Уже 14 марта 2018 г. Тереза Мэй официально обвинила Россию в попытке убийства Скрипаля и его дочери. Мэй объявила, что в ответ на отравление будут приостановлены двусторонние контакты с Россией на высоком уровне и что из Великобритании будут высланы 23 российских дипломата

15 марта лидеры США, Великобритании, Франции и Германии выступили с совместным заявлением, в котором осудили отравление Скрипаля и его дочери и обвинили Москву в организации химической атаки. В заявлении атака была названа «посягательством на суверенитет Великобритании» и «явным нарушением  Конвенции по химическому оружию и международного права».

Но лишь 16 марта Следственный комитет России возбудил уголовное дело по статье 105.2 пункт «е» УК РФ (покушение на убийство, совершенном общеопасным способом) в связи с фактом покушения на убийство гражданки Российской Федерации Юлии Скрипаль

21 марта в Москве прошел отличный брифинг для иностранных послов по ситуации со Скрипалем, который великолепно провел  директор департамента МИД России Владимир Ермаков. Однако это произошло поздновато. После этого Россия попыталась перехватить информационную инициативу активными действиями посла России в Великобритании  А.Яковенко и поспреда в ООН В.Небензи.

3.Что делать?

России необходим Информационно-аналитический спецназ и  специальный чиновник, отвечающий за данный вид деятельности и подчиняющийся Президенту России.  Способность упреждать и опережать становится определяющим преимуществом в ходе усиливающейся Гибридной Мировой Войны.  Нельзя сказать, что у руководства нашей страны нет понимания, что это важная сфера.. Частично эта информационно-аналитическая работа проводится, но против нас ведется системная многоуровневая  работа, которая требует системного стратегического  наступательного ответа, которого пока нет. Ограничиваться лишь оборонительной информационной позицией малоперспективно. Необходимо активно осуществлять продуманные системные действия наступательного характера.

Любопытны в этом контексте результаты экспертного опроса, проведенного мною в марте 2018 года.

На Ваш взгляд, какова эффективность российской системы информационного противоборства   (в баллах от 1 до 10)    

  • А) в ходе операции по уничтожению ИГИЛ в Сирии = 8 баллов
  • Б) в ходе так называемого «хакерского скандала» на президентских выборах в США = 3,5 балла
  • С) в ходе допинг-скандала с российскими олимпийцами — 3 балла
  • Д) в ходе скандала с арестом российской  дипломатической собственности в США- 2,5 балла
  • Е) в ходе скандала с якобы отравлением предателя Скрипаля в британском Солсбери 4 марта 2018 г.- 3,5 балла

Основная проблема России  – отсутствие организационных механизмов, координационных структур. Для эффективного ведения информационного противоборства, с моей точки зрения, необходимо создать государственный Комитет информационной безопасности России (КИБР), куда будут прикомандированы специалисты в информационной сфере разных ведомств – ФСБ, МВД, ФСО, СВР, МИДа, государственных СМИ и других ведомств, задействованных в системе проведения информационных операций (оборонительных и наступательных).

Нужен также и Государственный Совет по информационному противоборству при Президенте России, в регионах – при полпредах президента, у главы государства должен появиться соответствующий советник. В конце концов, назрела острая необходимость в государственном Интернет-холдинге.  Ну и не помешает переориентировать наши подлодки с крылатыми ракетами на информационные и экономические центры управления на Западе. Достаточно пообещать, что в случае военной агрессии против России они будут сразу уничтожены – это послужит серьезным сдерживающим фактором.

Система информационного противоборства России может быть сформирована в таком виде:

  1. Государственный Совет по Информационному противоборству при Президенте России (исполнительная и законодательная власть, СМИ, бизнес и гражданское общество).
  2. Региональные Советы по Информационному противоборству при Полномочных представителях Президента России в федеральных округах.
  3. Советник Президента России по вопросам информационного противоборства.
  4. Координационный Совет по Информационному противоборству при Министре иностранных дел России.
  5. Межведомственный координационный центр по информационно-идеологическому противодействию ИГИЛ.
  6. Коммуникационный Центр по стабилизации обстановки в государствах Ближнего Востока и Восточной Европы, после совершенных там «цветных революций».
  7. КИБ России — Комитет информационной безопасности России (Служба безопасности киберпространства, Служба информационной контрразведки, Ситуационный Центр анализа и прогноза, Бюро Информационного Спецназа (операции за пределами России).

Как рублю победить доллар —  продавать нефть и газ за рубли

Сегодня всем очевидно, что англосаксонская финансово-экономическая система Запада неэффективна. В 1991 году она получила допинг за счет развала Советского Союза, продлив свое существование.

Сейчас Великобритания и США хотят повторить этот же сценарий.

Виртуальная стратегическая дезинформационная операция британской разведки МИ-6, которая началась 4 марта 2018 года  в британском Солсбери,  с якобы отравлением предателя Скрипаля – тому яркое подтверждение. 8 апреля 2018 года специальное подразделение британской разведки МИ-6 «Белые Каски», действующее в Сирии, вбросило дезинформацию  о якобы применении сирийской армией химоружия в Восточной Гуте. Дезинформацию уже поддержал президент США Д.Трамп. Британцы развивают дезинформационную атаку, начатую Виртуальным отравлением предателя Скрипаля.

Задача  противников России  — максимально активизировать нападки на Россию через разные направления: через Сирию и Украину, через Прибалтику, через обрушение цен на нефть, через санкции, гибридные войны, провокации. Остается риск дворцового переворота – на это направлены последние апрельские санкции США против ряда чиновников и российских олигархов. Противник будет продолжать попытки внести разлад в межконфессиональные и межэтнические отношения в нашей стране.

На все эти вызовы мы должны отвечать, отбить все эти  внешние дезинформационные атаки, не допустить развала страны и колоссальных потрясений. Следует помнить об уроках Государственного Переворота и Предательства Февраля 1917 и 1991 года. Запад ведет борьбу с любой Россией – царской, советской, демократической.

Как же мы можем ответить на антироссийские акции Запада? С моей точки зрения, главное для нас – начать торговать энергоресурсами за свою национальную валюту. Убежден, что этот удар ускорит обрушение финансовой системы США и британских частных банков, тайно управляющих США с 1913 года и являющихся тем самым пресловутым «Глубинным государством», борющимся с Президентом США Д.Трампом.  Я считаю, что США с 1913 года, с момента создания ФРС, уже не являются самостоятельным государством. Внешний антураж сохраняется. Но любые попытки воссоздания национальной независимости заканчиваются печально. Вспомним демонстративный расстрел президента США ирландца-католика Джона Кеннеди в 1963 году, посмевшего отпечатать национальные доллары США, отличавшиеся от британских долларов ФРС красной краской.

Я еще более двенадцати  лет назад предложил продавать нефть за рубли – впервые высказал эту идею в январе 2006 года.

И уже в мае 2006 года президент России Владимир Путин выступил с посланием Федеральному собранию, где эту идею поддержал. Он сказал о необходимости скорейшего перевода продажи нефти и газа за рубли. Я также предлагал создать нефтегазовую биржу, торгующую за рубли. Она была создана только через два года. Открыл ее вице-премьер Игорь Сечин в Санкт-Петербурге – осенью 2008 года. Биржа функционирует. Но объем продаж на ней менее 1% – и только на внутреннем рынке. Объем сделок на ней практически не изменил российский внешнеторговый баланс. То есть началось жуткое внешнее сопротивление.

Еще один правильный шаг был сделан осенью 2014 года, когда российская госкомпания «Зарубежнефть» продала первую партию на внешний рынок за российские рубли во Вьетнам. Это был прорыв. Но должного развития  эта инициатива не получила. То есть мы видим, как медленно движется дело в этом направлении: с 2006 года прошло 12 лет!

Еще одно действие, которое я поддерживаю, это Шанхайский прорыв – начало реализации моих идей в Китае 26 марта 2018 года. Китай начал продажу нефти за юани. Наш главный противник – Лондон, который всегда  нацелен на уничтожение России. Основа же мировой финансовой системы – нефтяной доллар, цены на который формируются на Лондонской бирже. Продажа наших энергоресурсов за рубли кардинально подрывает эту систему. И первый шаг в этом направлении сделан в марте китайскими товарищами.

Я считаю, что правильные шаги предприняла Россия,  заключив гигантский газовый контракт с Китаем о торговле в национальных валютах. Это тоже расширяет бездолларовую зону. Но нужно идти дальше. Ключевой момент сегодняшнего дня  это продажа нефти и газа за Рубли Европе и Украине.

Сейчас торговля идет за доллары. Если мы активизируемся на европейском направлении, это, с моей точки зрения, приведет к коллапсу британских банков, а они – основные спонсоры агрессии против России на всех фронтах.

Кроме того, целесообразно постоянно информационно напоминать миру об исчезнувшем царском золоте и золоте Советского Союза. Золото никуда бесследно деться не может. Убежден, что российское золото является основой ФРС и МВФ. Поэтому один из следующих нокаутирующих информационно-юридических ударов по британскому нефтедоллару – это требование возврата золота Российской империи. Оно является фундаментом англосаксонской финансовой модели.

Мне говорят: «Они не отдадут». Я отвечаю: «Не важно. Надо требовать. Предъявлять юридические иски». Устраивать многочисленные  ток-шоу на эту тему на  государственном телеканале «Россия», посвященные этой ключевой теме.

Важно также с моей точки зрения начать процесс формирования единой финансовой зоны Евразийского союза, с учетом продажи энергоресурсов за рубли. Как вариант, России и Казахстан на договорной основе могли бы продавать нефть и газ за рубли, а если мы говорим о введении общей евразийской валюты, то возникает вариант ее использования в качестве расчетной. Появляется необходимость временно отойти от продажи энергоресурсов в национальных валютах, на промежуточном этапе внедрения общей валюты и перейти к продаже за Евразийский рубль.

Стоит отметить расширение взаимодействия ЕАЭС с другими странами, например, первая партия энергоресурсов была продана Вьетнаму, вошедшему не так давно в зону свободной торговли, за рубли, и произошло это осенью 2014 года, то есть некий первый шаг ухода от доллара в расчетах был сделан.

Считаю, что  России стоит предложить рассмотреть странам, входящим в зону свободной торговли, возможность продажи энергоресурсов за рубли внутри объединения. Как вариант, наладить продажу энергоресурсов  только за рубли в рамках Российско-Белорусского Союза, так как там присутствуют соответствующие экономические механизмы для реализации подобных инициатив.

Время продавать нефть и газ за рубли!

Гибридная война и нефтяная юаневая биржа в Шанхае

Профессор, доктор политических наук
Панарин Игорь Николаевич

1.Специфика  современной Гибридной  войны

Сегодня есть все основания говорить о радикальном обострении геополитической и геоэкономической ситуации в мире. Следствием этого стала возросшая опасность распространения нестабильности на территорию России, прежде всего с помощью технологий Гибридной войны (дезинформация, терроризм и т.д.). Существует и опасность  втягивания России  в новую Большую войну, в связи с ситуацией в Сирии, Афганистане и на Украине. В настоящее время  в мире  складывается обстановка, сравнимая с самыми серьезными кризисами международных отношений после 1945 года. Масштабная высылка российских дипломатов является  индикатором формирования глобальной антироссийской коалиции, организованной  главным историческим врагом России — Великобританией. При этом риск кризисного обострения обстановки может не только быстро, но и внезапно превысить пороговые значения.

Изменение общего характера  геополитического противостояния  в 21 веке представляется настолько очевидным, что не требует доказательств. Важнейшей составляющей антироссийской стратегии сдерживания, одобренной на саммите НАТО в Варшаве (2016 г.), является гибридная война, которая  системно ведется против России с целью ее ослабления и развала.

Гибридная война – совокупность методов военно-силового, политико-дипломатического, финансово-экономического, информационно-психологического и информационно-технического давления, а также технологий цветных революций, терроризма и экстремизма, мероприятий спецслужб, формирований сил специального назначения, сил специальных операций и структур публичной дипломатии, осуществляемых по единому плану органами управления государства, военно-политического блока или ТНК.

Цели гибридной войны – полная или частичная дезинтеграция государства, качественное изменение его внутри- или внешнеполитического курса, замена государственного руководства на лояльные режимы, установление над страной внешнего идеологического и финансово-экономического контроля, ее хаотизация и подчинение диктату со стороны других государств или ТНК.

Таким образом, важно учитывать тенденцию стирания различий между состоянием войны и мира. Все более широко применяются невоенные информационно-идеологические методы воздействия с использованием протестного потенциала населения. И акции протеста после пожара в торговом центре Кузбасса это наглядно продемонстрировали. Эти средства борьбы дополняются военными мерами скрытого характера, в том числе информационным противоборством и действиями сил специальных операций.

Помимо реагирования на нарастающие акции гибридной войны, ведущейся против России, властям и крупным корпорациям России важно активизировать работу в информационном пространстве. Ограничиваться лишь оборонительной позицией малоперспективно. Необходимо предпринимать не только упреждающие меры и контрмеры, но и активно осуществлять продуманные системные действия наступательного характера. Как показал ход стратегической наступательной информационной операции британской разведки МИ-6 (якобы отравление предателя Скрипаля), текущий механизм противодействия информационным операциям Великобритании и Запада  в целом, со стороны российских государственных структур  малопродуктивен и бессистемен. Отсутствует координация и его комплексное  информационно-аналитическое обеспечение. Слабо проводится работа в социальных сетях,  о чем свидетельствует трагедия в Кемерово,  а страны НАТО наоборот наращивают там свое присутствие. Трагические события в Кемерово обратили внимание на наши недоработки в системе оперативного реагирования на комплексные информационные антироссийские операции в социальных сетях. Сразу же после чрезвычайного происшествия  в Кузбассе западные спецслужбы проводили активные операции гибридной войны (слухи, дезинформация и т.д.). Наиболее активно действовала 77 бригада Великобритании (2 тыс. военнослужащих), созданная специально для работы в российских социальных сетях.

2. О работе на упреждение и опережение

Способность упреждать и опережать становится определяющим преимуществом в ходе усиливающейся Гибридной Мировой Войны. В этом контексте открытие биржи в Шанхае 26 марта 2018 г., торгующей за юани, является эффективной операцией упреждения и опережения Запада.

Основная тенденция высказываний экспертов – обеспокоенность открытием биржи и закономерные вопросы: что это повлечет за собой? Как скажется на долларе как основной валюте на рынке нефти? Какие далеко идущие цели ставит перед собой Китай?

Некоторые аналитики склонны видеть в происходящем поворотный момент в экономическом и политическом дискурсе – смещение акцентов на восток, утрату США лидерских позиций, укрепление новой валюты для совершения мировых сделок: Другие эксперты оценивали открытие биржи как рядовое событие, не несущее для рынка смысловой нагрузки. Нужно еще посмотреть, что будет. Четверть века назад, в 1993 году, в Китае был сформулирован амбициозный план по подрыву американской экономической мощи, он предполагал сделать то, что считалось практически невозможным, — ликвидировать или как минимум нанести неприемлемый ущерб нефтедолларовой системе. На реализацию первого этапа китайского амбициозного проекта ушло 25 лет, и можно только позавидовать тому упорству, с которым чиновники, финансисты и дипломаты страны шли к этой цели, несмотря на насмешки западных СМИ, внутрикитайских либералов и значительной части международного финансового сообщества. В понедельник, 26 марта 2018 года, в Шанхае были запущены торги нефтью за юани, что обозначило претензии Китая на создание «нефтеюаня» в качестве конкурента нефтедоллара, а также на превращение Шанхая в центр мирового ценообразования на рынке энергетических ресурсов.

Существующая нефтедолларовая система — это фундамент финансовой мощи Лондона – Третьего Карфагена, так как именно в Лондоне сейчас формируется мировая цена на нефть. С теми же, кто пытался когда то начать продажу нефти не в долларах, британцы жестоко расправлялись. Достаточно вспомнить судьбу Муамара Каддафи, который, по большому счету, погиб из-за своего желания создать панафриканскую валютную зону на основе золота и продавать нефть не за доллары.

Например, Иран в 2006 году захотел продавать свою нефть за Евро, но перед угрозой бомбардировок Запада спасовал и не открыл нефтяную биржу, торгующую за Евро.

В феврале 2006 г. я предложил продавать нефть и газ за рубли и создать нефтегазовую биржу в С-Петербурге. В мае 2006 года моя идея была поддержана Президентом России в Послании Федеральному Собранию. В 2008 году началась ее реализация на бирже в С-Петербурге, но в мизерных объемах — около 1% и на внутреннем рынке. А с 2014 года началась продажа мелкими партиями во Вьетнам. В апреле 2009 г. я предложил интеграцию Евразии как одно из средств преодоления мирового финансово-экономического кризиса, включая разработку Совместной Антикризисной программы ШОС и отказ от доллара во взаиморасчетах между странами-членами ШОС в пользу двухвалютной корзины (состоящей из двух валют — юаня и рубля) как новая валюта ШОС. Предложил также и переход на взаиморасчеты трёх уровней: национальные валюты; рубль или юань; двухвалютная корзина (рублеюаневая), а также предложил странам ШОС внести совместное предложение о введении новой мировой валюты АКЮРЕ к следующей встрече 20 стран осенью 2009 г. Однако движения вперед на уровне ШОС не произошло.

Все вышеизложенное было учтено китайскими чиновниками, работавшими над запуском «нефтеюаневой системы», которая предполагает перевод торговли нефтью на китайскую валюту. Создать фьючерсный контракт на корзину импортируемых в Китай сортов нефти — легко, а вот привлечь к его использованию достаточное количество производителей, перекупщиков, глобальных банков и финансовых компаний — очень сложно. Однако если ценообразование на нефть, импортируемую в Китай, будет происходить в юанях и на Шанхайской бирже Shanghai Futures Exchange, то это будет важным шагом к снижению китайской зависимости от доллара, к интернационализации юаня и к дедолларизации мировой экономики в целом. Главная заслуга китайского руководства заключается в том, что они уже смогли, вопреки ожиданиям скептиков, привлечь на Шанхайскую площадку сразу нескольких крупных игроков международного нефтяного рынка: Glencore, Trafigura, Freepoint Commodities и Mercuria. В первый же день после запуска китайского нефтяного фьючерса в Шанхае объемы торгов в некоторые интервалы превышали объемы сделок на фьючерсы нефти Brent в Лондоне, что вызвало серьезное удивление западного экспертного сообщества.

«В гибридных войнах мы пока сильно отстаем от Америки»

«ФедералПресс» совместно с Министерством иностранных дел РФ, Общественной Палатой РФ, Федеральным агентством по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству реализует уникальный проект «Великие мастера государственного слова». Сегодня мы предлагаем вниманию нашего читателя интервью с профессором, доктором политических наук Игорем Панариным. Разговор пойдет о гибридных войнах.

Игорь Николаевич, давайте начнем с истории этого явления. Кто был их зачинателем и как они зародились?

− Гибридные войны известны уже давно. Еще в 1949 году против СССР странами Запада были введены экономические санкции. Для этого был создан специальный комитет, который решал, что можно поставлять в Советский Союз, а что нельзя. Тогда это еще не называлось гибридной войной, но словосочетание «информационная война» появилось уже в 1967 году. Оно был введено Алленом Даллесом. Термин «информационная война» стал общеупотребимым с 1985 года и впервые определение было дано в Китае. Термин «гибридная война» был введен нынешним министром обороны США Джеймсом Мэттисом и его подчиненным Хоффманом в 2005 году. Под ним они понимали, что в будущем военных конфликтов необходимо учитывать этот компонент. С точки зрения терминологии этот термин не устоялся. Он используется в разных странах под разными эпитетами. В 2016 году я предложил свой термин: «Гибридная война».

Что включают в себя эти войны?

− Гибридные войны включают в себя дезинформацию (на первое место ее поставили 80% опрошенных экспертов), санкции, информационную войну, «цветные революции», меры информационно-психологического и информационно-технического давления, кибератаки, терроризм, и другие инструменты, коих насчитывается 12. Дезинформация бывает самая разная. В январе этого года российскую авиабазу в Сирии атаковали дроны, и я первым ввел термин «дроновый терроризм». Об этом будет говориться в моей книге «Трамп, Россия и гибридная война», которая выйдет в марте. В ней я привожу пример гибридной войны, связанной с выборами в США и так называемом «хакерском скандале». К гибридной войне я отношу и действия специальных подразделений.

Какие механизмы и стадии характерны гибридным войнам?

– В книге я раскрываю простую трехходовку. Британская разведка МИ-6 разрабатывает план. Бывший глава «русского отдела» этой спецслужбы готовит дезинформационное досье, потом продает его американцам. Потом разворачивается скандал, причем удары наносятся по России и по Трампу. Но главный удар наносится по потенциальному сближению России и США. После того, как Трамп заявил, что хотел бы нормализовать отношения между США и Россией, против него и России была проведена классическая операция вброса дезинформации. Лишь 2 февраля этого года, когда Трамп впервые санкционировал опубликование совершенно секретного документа, названного в честь главы комитета по разведке палаты представителей конгресса, республиканца Девина Нуньеса, под чьим руководством он был составлен, «меморандумом Нуньеса», где вскрывается вот эта кухня – незаконная слежка ФБР и меры по реализации этого досье британской разведки. Этот скандал сейчас идет на спад, хотя «долбежка» Трампа, России и российско-американских отношений идет уже полтора года. В итоге российско-американские отношения опустились на «дно».

То есть, инициатор этого скандала − Великобритания?

− Британия является мастером по стравливанию других стран, в частности, исторически противопоставляя Россию и США, и она имеет при этом свои дивиденды. Методология гибридной войны была разработана в Великобритании.

В чем тонкость сегодняшнего момента?

– Сегодня специфика гибридной войны в том, что добавили разнообразия в понятие терроризма. «Телефонный» и «дроновый» терроризм выводят ситуацию на другой уровень. С сентября по декабрь 2017 года в России была волна телефонного терроризма. Казалось бы все угасло, но перед нашими президентскими выборами она началась вновь. 25 февраля – опять ложный звонок и четыре тысячи человек, которые пришли отмечать событие рядом с Кремлем, были эвакуированы. Все это часть технологии по дестабилизации обстановки в России. Специфика гибридной войны в том, что те методы, которые раньше использовались хаотично, то ли в рамках холодной, то ли информационной войны, теперь становятся системными. Задача заключается в том, чтобы понять этот феномен. С 2005 года прошло немного лет, и Мэттис и Хоффман, когда вводили этот термин, имели в виду его применимость к Ираку. Они рассматривали этим возможность усилить позиции США.

Трамп тоже оказался объектом нападения в этой войне. Как он защищается?

− Достаточно эффективно. Его очень удачный ход – назначение Мэттиса министром обороны. Он поставил во главе этого ведомства не какого-то солдафона, а профессионала и интеллектуально развитого человека, способного мыслить масштабно. Если Мэттис, будучи командиром дивизии, мыслил категориями гибридной войны, понятно, что он – ключевая фигура в администрации Трампа после увольнения Майкла Флинна, который мог бы реформировать разведсообщество США. Для нас, с одной стороны, это плюс, с другой – не очень позитивная картина, потому что по предложению Мэттиса НАТО 8 ноября прошлого года создало центр киберопераций, и нас это очень беспокоит в плане политического противоборства с США. Они действуют достаточно системно.

И у них есть инструменты, которых нет у нас?

– Да. Чтобы понять, как мы отстаем в этом вопросе, упомяну еще один механизм гибридной войны – публичную дипломатию. Сам термин еще не устоялся. Впервые он был использован в 1965 году в США, потом длительное время не был востребован, но с конца 1990-х годов он стал активно применяться. Американцы стали анализировать ход применения этой дипломатии. Здесь важно учесть два ключевых момента. Они в 1998 году приняли доктрину информационных операций. Ее специфика в том, что они проводят информационные операции как в мирное, так и в военное время. То есть, даже мирное время — это повод и поле для информационных операций. Второй важный момент – они определили, что операции смогут быть наступательными и оборонительными. Причем под наступательные операции подпадают не только оппоненты США, но и даже их союзники, в частности, Германия.

Я был знаком с авторами этой доктрины и лично с ними общался. Это очень умные профессионалы и стратегические аналитики разведсообщества США. В 1999 году США принимают решение о введение поста заместителя госсекретаря по публичной дипломатии. Госдеп США вроде бы аналогичен нашему МИД − у нас есть пресс-секретарь, у них есть пресс-секретарь, у Лаврова есть замы и у Тиллерсона есть замы. Но принципиальная разница в том, что у нас нет ответственного за публичную дипломатию.

В чем суть этой дипломатии?

− В 1953 году американцы создали специальную структуру – United States Information Agency (USIA) – Информационное агентство США, то есть, новый аппарат для внешнеполитической пропаганды в борьбе с СССР. В 1991 году Советский Союз исчез, но USIA осталось. С тех пор они его модернизировали. Принципиальное отличие в том, что раньше оно напрямую подчинялось президенту США, но в 1999 году они включили его в состав Госдепа. И этот заместитель госсекретаря по публичной дипломатии стал курировать не только бывшее USIA, а это радио «Голос Америки», но и телевидение и массу других информационных ресурсов. То есть, произошла концентрация информационных ресурсов под эгидой Госдепа. Это привело к тому, что в посольствах на территориях других стран, в том числе и России, послы проводят активную информационную линию и линию публичной дипломатии, используя эти ресурсы.

Эффективна ли эта деятельность и если да, то насколько?

– Безусловно эффективна. Это можно оценить по рейтингам всех СМИ на российском информационном поле, которые рассчитывает «МедиАЛогия». Для нас здесь тревожный индикатор, если оценивать социальные сети по итогам минувшего года. Молодежь в интернет не только присутствует, но и фактически живет, и она часто отдает предпочтение в качестве источников информации как раз информресурсам США. Вот что показывает рейтинг «МедиАЛогии» за 2017 год. В российских соцмедиа по индексу цитируемости доминируют государственные радиостанции США. На первом месте медийный актив ЦРУ США – Радио Свобода − 4 миллиона 936 тысяч гиперссылок. На втором − Эхо Москвы, на третьем «Голос Америки», подчиняющаяся Госдепартаменту США − 794 тысяч гиперсылок. Наши госрадио – Вести ФМ и Радио 1 − на 7 и 8 месте, набирая вместе около 80 тысяч. То есть, индекс цитирования двух радиостанций США в российских социальных сетях примерно в 71 раз больше, чем 2 государственных радиостанций России.

Никто из них любовью к России не отличается…

– Да. И это говорит об эффективности работы Госдепа. Даже «Радио Свобода» имеет к нему прямое отношение. Ее курирует специально созданный в 2016 году отдел Госдепа «Центр глобального взаимодействия», который интегрирует возможности Пентагона и ЦРУ, и все это замыкается на замгоссекретаря по публичной дипломатии. В рамках Госдепа созданы межведомственные координационные структуры, которые определяют внешнеполитическую пропагандистскую линию. Еще есть USIA, которое выдает гранты преподавателям и студентам, организует студенческие обмены и другие акции.

А как у нас с этим обстоит дело?

– У российского МИД нет своих информационных источников. У нас есть RT, радио Sputnik. Был раньше «Голос России», на котором я отработал пять лет. Если «Голос Америки» вещает на 45 языках, то «Голос России» вещал на 42 языках. У радио Sputnik языков вещания гораздо меньше.

С чем это связано? Экономия бюджета? Или недооценка противника?

– Я не знаю. Считаю, что закрывать «Голос России» с его 80-летней историей было крайне неразумно. «Голос Америки» и «Голос России» стояли друг против друга десятилетиями, сверяли свои действия и что-то заимствовали. Когда закрывали «Голос России» в 2014 году, он был на подъеме, была создана даже видеостудия. Я вел программу «Мировая политика» и одновременно шла аудио и видеотрансляция. В последние два года работы − в 2012-2014 годах − «Голос России» заметно продвинулся, создав, к примеру, площадки в Германии и в Нью-Йорке. Кстати, для нас Германия очень важна, так как в ней 15 миллионов знают русский язык. Причем, это наследие не только бывшей ГДР, но эмигранты из России, коих там два миллиона. Вещание на русском удалось сделать и в Нью-Йорке, где тоже много русскоязычных. Но решение о закрытии было принято, сейчас в информполитике вещания на другие страны несколько другой аспект, и я не знаю, насколько он эффективен.

Давай вернемся к Госдепу. Что мы у него может позаимствовать в части публичной дипломатии?

– Вопрос — где мы подобную структуру можем создать? Внутри МИД, подчинив ему какие-то информационные ресурсы? Возможно. Я еще в 2005 году предлагал переподчинить в сферу МИД РИА Новости и «Голос России» и проводить мощную и активную информполитику, формируя актуальную повестку дня. Сегодня задача заключается в том, чтобы мы в определенном смысле учились у американцев профессиональному доведению своей повестки дня и своих достижений, в том числе на их информационном поле, включая социальные сети.

Кто может принять решение о создании такой структуры?

– Очевидно, что это не уровень МИД, а президента России. Пока у этой идеи сторонников меньше, чем скептиков. Основной их посыл – пока и так неплохо. Хотя надо прямо сказать, что мы в свете последних событий часто проигрываем в информационном поле, и это не отвечает нуждам информационного противоборства. Можно вспомнить и про сирийский кризис, где мы на информполе постоянно были в качестве оправдывающейся стороны.

А союзники в гибридных войнах у нас есть?

– Да, союзники есть. Если рассматривать духовные скрепы Владимира Путина как некий внешнеполитический курс и посыл, то я придумал шесть лет назад определенную идеологическую основу. Сейчас православие, в силу наличия и авторитета других религий среди россиян, не может быть эффективной и уникальной скрепой. Я предложил триаду: «Духовность – Державность – Достоинство».

Державность – это мощная централизация и мощное развитие экономики, армии и социальной сферы. Важно, что в Нижнем Новгороде – нашей идеологической столице – Владимир Путин объявил о своем выдвижении как кандидата на пост президента России. Затем он поехал на форум в Волгоград (Сталинград). Это было два знаковых момента для идеологической доктрины в части державности. Путинская вертикаль – это очень важно.

Что касается духовности, то нам нужны ценности семьи, ценности православия и принципиально важен союз православия и ислама. То есть, те морально-духовные ценности, которые у нас существовали на протяжении долгого времени.

Третья составляющая – это достоинство, которое мы должны демонстрировать в любых ситуациях, разумеется, не доводя дело до войны. Но в гибридной войне мы должны быть на нужном уровне.

Возвращаясь к вопросу о союзниках. У нас есть союзники во Франции – деголлисты, есть сторонники в Германии, Италии (Лига Севера и Берлускони). Нашими союзниками являются и другие национально-ориентированные силы в европейских странах, которые заинтересованы в укреплении контактов с Россией в экономическом и духовно-нравственном плане. Эти же силы есть и в США, где я бывал десятки раз

Давайте опять вернемся к Трампу.

− Трамп − это лучший вариант президента для России. Хотя надо признать, что в геополитическом противоборстве он мастер информационной и гибридной войны. Победить противников в жестком противостоянии внутри Америки, используя твиттер-дипломатию − это наглядный показатель! Равно как и произведенный им подбор кадров и тщательную оценку ситуации. Давайте разберем, за счет чего Трамп победил. Вот пример: перед выборами в американской армии провели закрытый опрос. 5% было за Клинтон, 90% − за Трампа. Можно вспомнить, и то что за Обаму проголосовало 37% белого населения, за Клинтон примерно столько же.

В чем разница. За время президентства Обамы появилось так называемое «чайное движение», которое требовало меньше налогов, которые в значительной массе собираются именно с белого населения. Другое их требование − это семья с детьми как духовная ценность. Как они говорили, «у нас из этой плоскости нормальных человеческих отношений выпадают только Нью-Йорк и Калифорния». Это движение многие пытались оседлать − Сара Пэйлин, другие политические фигуры, но смог только Трамп. Насколько он это сделал ситуативно, что победить, или стратегически − это станет понятно со временем. Как мне кажется, он относится к этому достаточно искренне, потому что первым его решением было удалить с сайта Белого дома раздел, пропагандирующий сексуальные меньшинства, который появился при Обаме. Все остальное время своего президентства Трамп демонстрирует на этот вопрос такие же взгляды. Здесь у нас с Трампом есть общие духовные точки, так как мы тоже заинтересованы в крепкой традиционной семье с детьми. Наш потенциальный союзник в Америке − белые христиане, которые пока составляют большинство. Трамп старается выражать намерения и чаяния белых христиан. То есть, есть платформа для нашего, если не сближения, то хотя бы партнерства с нормальными взаимоотношениями. Можно вспомнить из истории, что мы дважды спасали США. Первый случай, когда императрица Екатерина отказалась посылать армию по просьбе английского короля на подавление еще первой революции 1776 года. Затем в 1861 году мы послали две эскадры, которые стояли на рейде Сан-Франциско и Нью-Йорка, защищая от британского флота, который и инициировал в США гражданскую войну.

Сталин и Рузвельт − еще одна плоскость соприкосновения наших стран. Хочу сказать, что по моей исследовательской модели Рузвельта отравили. Объясню почему я придерживаюсь этой точки зрения. Сталин и Рузвельт − это была блестящая двойка руководителей, которая работала на всех конференциях. К примеру, в Тегеране они выступали заодно в борьбе с Черчиллем. Затем была Ялта, где были заложены основы послевоенного мира, и если бы не смерть Рузвельта, то вполне возможно, не было бы холодной войны. Затем пришел Трумэн − ставленник других сил. Холодная война началась с речи Черчилля в Фултоне. Там был и Трумэн, но речь подготовил Черчилль, и британское влияние в той ситуации оказалось ключевым для начала противостояния в советско-американских отношениях.

Нынешняя операция британских спецслужб с пресловутым «досье» ударила и по объединяющей Россию и Америку платформе, которую предусмотрительно создал Владимир Путин, когда произошло объединение Русской православной церкви и Русской зарубежной церкви. В США около двух миллионов православных, которые представлены во всех штатах. Объединение церквей усилило и позиции католиков по линии взаимоотношений Патриарха с Папой.

Но дальше дело не пошло?

− С моей точки зрения, англичане все это просчитали и провели операцию гибридной войны. Причем они оказались «во всем белом», так как они как бы в стороне.

Каким образом они влияют на элиту Америки?

− Полагаю, что внутри американской элиты есть серьезное британское лобби. Операция, которая была проведена, упала на благодатную почву. Билл − муж Хиллари Клинтон − учился в Англии, был стипендиатом Родса. Сесиль Родс был ярым сторонником британского империализма, он создал организацию «Круглый стол», которая разрабатывает глобальные планы управления всем миром, и туда подтягивают американскую элиту. В своем завещании Родс предрекал распространение британского главенства в мире и возврат США под власть английской короны как «неотъемлемой части Британской империи». Многие признают, что ключевым игроком в тандеме Клинтонов является именно Хиллари, и она является британским ставленником. Разумеется, Хиллари хотела стать президентом.

Но появился Трамп…

− Да, по многим раскладам кандидатом от республиканцев должен быть Джеб Буш − сын 41-го президента США Джорджа Буша и младший брат 43-го президента США. Представлялось, что солидный губернатор Флориды выиграет у экстравагантного Трампа. Но Трамп его переиграл.

То есть, вначале Трамп был фигурой отвлечения внимания?

− Да, его не рассматривали всерьез, но потом его испугались, когда он вышел против Хиллари и начал говорить в своих теледебатах, что хотел бы наладить отношения с Путиным. Его оппоненты напряглись, и была начата та самая операция с фальшивым британским досье о вмешательстве России в американские выборы. Из него, что называется, «торчат уши», и это говорит о спешке в его фабрикации. Британия крайне заинтересована, чтобы Россия и США всегда были в контрах. Мы до сих пор несем на себе тяжелый крест этой гибридной войны, так как оказались не очень-то готовы к реагированию. Мы длительное время наблюдали за ситуацией со стороны, хотя можно было эффективно минимизировать эти угрозы и риски.

А в чем здесь проблема?

− У нас нет для этого нужного инструмента реагирования. Помимо отдела публичной дипломатии при Госдепе, у Америки есть Национальный совет по разведке (National Intelligence Council) − влиятельный аналитический центр, который был создан в 1979 году. В чем его сила. В него входят не только представители разведсообществ США, но и политологи и аналитики, не входящие в разведсообщество. К примеру, профессор и доктор политологии Анжела Стент, которая является директором Центра Евразии Джорджтаунского университета. И таких фигур там много, и они создали широкую платформу для анализа. Национальный совет по разведке раз в четыре года выдает тренды развития ситуации на 10-15 лет вперед и формирует определенную повестку дня. Одновременно с этим совет выдает закрытые материалы для высшего руководства.

У нас есть нечто подобное?

− У нас такого инструмента не было и в Советском Союзе. Тогда был Международный отдел ЦК КПСС, который что-то курировал. В чем была его стратегическая недоработка, можно посмотреть на примере противостояния Варшавского договора и НАТО. У нас вопросы идеологической и психологической войны решались в рамках коммунистических партий стран Варшавского договора. Это было нескоординировано и неэффективно. А в НАТО этот процесс был организован по другому. Они еще в 1950 году создали информационную службу и стали создавать инструменты публичной дипломатии и стратегической пропаганды. То есть, у них были в этой сфере организационно-управленческие инструменты, а у нас их не было. И после того, как рухнул Варшавский договор, они их только совершенствовали. У НАТО есть комитет по публичной дипломатии, есть концепция стратегической пропаганды, и специальные планы на два года вперед. И они принимают новых членов и двигаются дальше.

А что им можно противопоставить?

− Я предлагаю создать в России аналог Национального совета по разведке. При президенте России есть 19 советов: по ТЭК, по инновациям и т.д., и аналогично можно было бы создать Координационный Экспертно-аналитический совет. Так как мы капитально отстали в этой сфере, нам необходимо делать ежегодно три доклада по гибридным войнам против России. Что-то пытается делать в этом направлении комиссия Совета Федерации, но этого явно недостаточно. Речь идет о системном вбрасывании в информационное поле своей повестки дня, но для этого нужен постоянно действующий орган. Второй вариант − создать такую структуру при Совете безопасности РФ, которая в закрытом режиме должна еженедельно знакомить членов Совета со своими исследованиями и рекомендациями и действовать очень активно в публичной сфере.

А в Службе внешней разведки у нас нет чего-то подобного?

− Хороший вопрос. Нет ничего и в СВР, хотя было при Примакове. Полагаю что он, начитавшись докладов Национального совета по разведке США, инициировал создание похожей структуры, но внутри СВР. Они выпустили четыре публичных доклада. Эти документы не были концептуальными и лишь один получил широкую огласку, так как в нем анализировалось расширение НАТО на Восток, а в других поднимались вопросы разоружения. То есть, было узкое исследование локальных проблем. Не один из них не был, условно говоря, «Стратегией мира на период 2010», то есть, планированием на пятнадцать лет вперед. Не было концептуального подхода и когда Примаков ушел на пост министра иностранных дел, эта тема была закрыта. Кстати, Примаков как раз благодаря этим докладам и занял этот пост. У МИД времен Козырева была своя проамериканская линия, а Примаков заявил, что НАТО России вредит. Казалось бы, что заняв пост министра, у Примакова появится больше возможностей для создания аналитической структуры, но в силу каких-то причин этого не произошло. Сейчас этот опыт надо восстановить, но не в рамках СВР. И надо использовать наработки американцев при формировании такой структуры, то есть, собрать в нее представителей разведсообщества и аналитиков от науки.

В чем сила гибридной войны?

− В первую очередь, в создании единой повестки дня участников информационного поля. У американцев официально 16 разведслужб. Хотя мало кто знает, что внутри Госдепартамента тоже есть своя внешняя разведслужба. При Госдепе есть центр открытой информации, где 500 человек анализируют открытые источники информации. У них есть департамент информации и печати, как и у нас. У них есть мощный аналитический центр на базе библиотеки конгресса США. Также у них есть такие аналитические структуры как RAND Corporation и Stratford. ФБР также недавно создало Фонд, который под лозунгами борьбы с терроризмом тоже публикует свои доклады и формирует выгодную для себя информационную повестку дня.

В гибридной войне нам тоже нужны длинные горизонты планирования?

− Нам сейчас не до планирования горизонтов до 2035 года, так как мы сильно отстали. Хотя бы начать вырабатывать стратегию и прогнозы на пять лет вперед. Повторю, что нашей стране очень нужен такой аналитический и координирующий механизм.

Какие структуры должны в нем участвовать? Должен ли задавать тон МИД? Ведь речь идет о международных отношениях.

− Все дело в специализации наших ведомств. Если говорить о гибридной войне против России, то тон должны задавать однозначно ФСБ, МВД и Роскомнадзор. Если, к примеру, готовить доклад «Перспективы формирования многополярного мира», то это, понятно, прерогатива МИД. И дальше должна идти работа в информационном поле. И Совбез, в силу того, что приобретает все больший вес и принимает больше решений не только в сфере безопасности, но и других вопросах, имея такую аналитическую структуру мог бы сработать более эффективно. То есть, нам нужен координационный механизм выдачи объединенной информационной повестки дня. Завершу свою мысль про 16 разведструктур США. У них есть объединенный доклад разведсообществ США. То есть, доклад готовит одна структура, но остальные знакомятся с документом и их руководители его визируют. Я на своей памяти не помню хоть какой-то единый доклад ГРУ, СВР, ФСБ по какой-либо проблеме. То есть, у нас этой практики нет. Понятно, что каждая структура должна выдавать свою информацию, но на реперных точках нужна консолидированная позиция спецслужб.

Другой важный момент − так как социальные сети быстро распространяют информацию и дезинформацию, такой механизм должен на это быстро реагировать. То есть, есть стратегический уровень формирования повестки дня, должен быть и оперативный, а также и ситуативный (антикризисный).

Америка, судя по всему, не стоит на месте в вопросе гибридных войн?

− Разумеется. Вот недавняя новость − Госдеп в рамках нового партнерства с Пентагоном начинает еще одну кампанию борьбы с иностранной «пропагандой и дезинформацией». Пентагон передал ему по условиям партнерства 40 млн долларов из собственных бюджетных средств на реализацию различных «инициатив по противодействию пропаганде и дезинформации со стороны зарубежных стран». Госдеп готов взаимодействовать с частным бизнесом и неправительственными организациями за рубежом, включая российские, и будет принимать заявки от любой структуры или группы лиц, которые разделяет их «приверженность борьбе с дезинформацией».

У нас есть шанс вести противоборство в гибридных войнах на равных?

− Шанс появится тогда, когда мы создадим Информационно-аналитический спецназ. Для этого придется очень постараться и начинать надо, повторю, с создания единой координационной аналитической структуры.

Фото: Илья Волгов, ФедералПресс